Последние годы он себя считал обломовым, этим персонажем русского романа. Не думал о том, как одевается. Подолгу сидел в кресле перед огнем, попивая бренди и смотрел, как его отсветы играют в стакане. Не хотелось двигаться, часто выходить из дома. Иногда он все же гулял по окрестным полям с собакой, доберманом по кличке Лисси. Если приезжала Эмили, его рыжеволосая и раздражительная супруга, он делал это особенно часто. Через несколько дней у него возникало непреодолимое желание подышать свежим сырым воздухом.

Лисси, застоявшаяся в доме, всегда бурно выражала свою радость. Она скакала кругами на сырой холодной траве, закидывая голову и мчалась стремглав вперед и столь же стремительно набегала на него. Он не любил, когда собака наскакивала и пачкала платье, и она прекрасно знала это, замирая на бегу буквально в миллиметрах. Ее блестящие глаза выражали восторг. Он благосклонно взирал на ее вытянутую в прыжках мускулистую блестящую от мокрой травы фигуру, на пружинистый бег и ...
первый раз это случилось, когда она была еще совсем молодой собакой, примерно годовалой. Тогда он как обычно сидел со стаканом бренди перед огнем, погруженный в свои мысли, бродившие по кругу. У нее уже две недели как началась течка. Спокойно лежавшая у его ног, она часто срывалась с места и беспокойно рыскала вокруг. Потом возвращалась к нему, терлась о кресло, вскидывая свои черные глаза. Он успокоительно похлопывал и поглаживал собаку по спине, чувствуя ее бродящее под кожей возбуждение. Она будто чувствуя что-то старалась повернутся к нему задом и прижаться к его расставленным ногам. Через запахнутый халат она толкала его своим задом в промежность, будто понимая, что хозяин тоже мужского пола, что он тоже кобель. Она была требовательна, упираясь в его ленивые гениталии и повиливая задом. Его легкие поглаживания только усиливали ее настойчивость, она пятилась скользя лапами по полу, чтобы сильнее прижаться к нему. Он догадывался, что виною тому его запах, самца, который видимо чем-то схож с запахом собак. Запаха Лисси он совсем не чувствовал, как должен был бы ощущать настоящий кобель.
Именно в этот момент, когда он думал о запахах, что-то шевельнулось в нем. Он отставил пустой стакан и еще раз провел по блестящей гладкой спине Лисси. Она вздрогнула, чуть присела и вся выгнулась под его лаской. Он видел ее подрагивающие лапы. Медленно распахнул полы халата, надетого на голое тело. Он смотрел на свой вставший член, на прижатый к его стволу собачий зад, подрагивающий, подпрыгивающий в животной радости. Ну и пусть, подумал он. Пусть я животное. Не все ли равно? Он взял ее обеими руками за зад и немного отстранил. Лисси легко позволила это сделать, будто понимая, что сейчас будет. Не вставая с кресла, он слегка наклонился вперед. Рука его направила ствол, чтобы он оказался напротив набухших воспаленных губок ее входа. Он прикоснулся к ним головкой, но не почувствовал ничего. Затем потянул Лисси на себя, медленно погружаясь. Она была в совершенном замешательстве. Повизгивая, она то пыталась вырваться, то напротив, припадая на передние лапы, насаживалась на него задом. Он сидел уже глубоко в ее нервном сильном теле и чувствовал, как сильные мышцы собаки сжимают его член. Короткий обрубок ее хвоста упирался ему в живот, описывая круги вблизи пупка. Он крепко держал ее обеими руками, накачивая суку сильными движениями бедер. Скоро он почувствовал, как сжался вход ее влагалища, пытаясь взять его орган в плен. Он не знал, испытывает ли Лисси оргазм, но ему казалось, что да, что она благодарно смотрит на него, все время оглядываясь. Через какое-то время она уже кажется насытилась совокуплением и оно стало доставлять ей неудобство. Она слегка повизгивала, но не решалась вырываться от хватки хозяина. Но он уже не мог остановиться, пока не захрипев не излился, ворочая в ней напоследок сотрясающейся плотью. Лисси будто почувствовала, как семя хозяина разливается внутри нее. Она перестала вырываться и совершенно замерла. Оба они, человек и собака тяжело дышали. Через минуту он почувствовал, как больно давит кольцо напряженных мышц на его зажатый в глубине Лисси член. Он медленно вывел его. Лисси села на пол и принялась тщательно вылизывать себя, сглатывая сочащуюся человеческую сперму. Он тупо наблюдал за этим действом, приходя в себя. Его поразило, как легко уважающий себя человек может стать содомитом. Лисси, закончив со своим туалетом, встала и принялась широким шершавым языком так же обстоятельно вылизывать его повисший член и покрытые слизью яйца. Он закрыл глаза и откинулся в кресле, наслаждаясь своим падением.
В эти дни, пока ее утроба была воспалена желанием, он утешал ее еще несколько раз. Греховность и невероятность происходящего очень возбуждали его. Собака с ее простыми инстинктами манила его как давно уже не возбуждала ни одна женщина. Тем более Эмили, с ее холодностью.

Эмили была рыжая, насмешливая и временами злая. Ее серые с голубоватым оттенком водянистые глаза смотрели надменно и иногда суживались в насмешливую щелку. Она была быстра на язык и любила колкости. Временами она его безумно раздражала, злила, бесила до последней степени. Но все равно он обожал ее. Он сам не мог никогда бы объяснить, каким образом она понимает движения его души, темной и порочной, как он считал про себя, отдавая отчет в своих темных и стыдных желаниях, в которых бы не признался никому на свете. Ей тоже. Иногда она как-то угадывала его, смеялась, высмеивала. Но не осуждала. Сорокалетняя женщина, она была для него злая, властная, но своя в доску девчонка.
И все-таки последние годы они несколько отдалились друг от друга. Эмили много времени проводила в городе, среди приятного и комфортного ей круга знакомых, совместных с ними поездок, концертов и прочих вечеров, занятых болтовней. Он же предпочитал их загородный дом, тихие, ранние вечера и даже монотонный стук дождя по кровле.

Эмили приехала через две недели утром. Выйдя из машины, она выпустила Рокки из заднего сиденья. Пес стремглав бросился к дверям дома, отпрянул, закружил по песчаной площадке перед крыльцом. Рокки был породистый, из того же помета, что и Лисси. Она держала его при себе, в городе. Возможно потому, чтобы было больше причин гулять в компании подружек, гуляющих с собачками. Рокки проскользнул мимо него в дом. В коридоре собаки устроили возню, мешая ему пронести вещи Эмили в ее комнату. Послышалось недовольное рычание Лисси и взвизгивание Рокки.
- Мне кажется он хочет покуситься на честь своей сестры, - меланхолично прокомментировала Эмили сцену в коридоре. Рокки активно пытался взобраться на Лисси, а она крутилась на месте, увертываясь от его члена, торчащего как большой розовый карандаш. Когда он становился слишком настойчив, зажимая лапами ее худой круп и лишая движения, она скалила зубы, рычала и вырывалась.
- Кажется Рокки почуял, что сестра его становится невестой, - сказал он равнодушно.
За завтраком в гостиной, когда они сидели за большим овальным столом и болтали о пустяках, случилась неловкость. Лисси, валявшаяся на ковре в отдалении, подошла к нему и повернувшись задом, стала тереться между его раздвинутых ног. Он было отпихнул ее, но в этот момент поймал насмешливый взгляд Эмили.
- О-о, кажется у Рокки есть соперник, не так ли, дорогой?
Он счел за лучшее промолчать. Иногда она была сам дьявол.

Рокки еще несколько раз пытался добиться благосклонности сестры, но всегда встречал возмущенный и все более раздраженный и враждебный отпор. В конце концов он успокоился и оставил попытки.
Обе собаки редко покидали своих хозяев. Никто специально не приучал, но что Лисси, что Рокки почти постоянно находились неподалеку. Они проникли и в спальню супругов, незаметно заняв места в неосвещенных местах комнаты.
За ужином они пробовали недавно приобретенное Тимом вино, но настоящим увлечением Эми были коньяки и виски. В доме всегда была дюжина разнообразных крепких напитков. Лицо ее оживилось, когда он предложил попробовать недавно подаренный коллекционный сингл молт.
Позже, в их спальне, сидя перед зеркалами в пеньюаре все еще со стаканом этого виски она спросила:
- Ты ведь не заразишь меня, дорогой?
- О чем ты, Эмили? - не сдержался он
- О Лисси, разумеется. Он поймал ее спокойный, безмятежный взгляд, отражающийся в большом зеркале.
- Лисси?
- Да, дорогой. - она чуть повела головой в его сторону. - Ну скажи мне, скажи, что это глупость. Моя больная фантазия
- Эми, ты от меня ждала чего-то подобного?
Она улыбнулась себе в зеркало. - Ты ведь любишь остренькое, правда, Тим?
- Ты знаешь меня, Эми.
- И это правда! - она обернулась к нему. Ее серые глаза казались сейчас совсем черными. Он молчал. Внезапно она встала с пуфика и подошла к нему вплотную. Их лица почти касались. Он почувствовал ее руку внизу живота, она тихо пробиралась сквозь складки халата. Она положила его руку себе на бедро, оно показалось ему горячим под тонким шелком ночной рубашки.
- А что если я буду ревновать, - прошептала она, - ты не подумал? Прежде, чем трахать Лисси? Не подумал?
Лисси, услышав свое имя, шевельнулась в дальнем углу. Но не подошла.
Эми пристально глядела ему в глаза. У нее появилось сумасшедшинка, так знакомая ему.
Она была совершенно мокрая там, между ног. Он сорвал с нее пеньюар. В свете ночника ее тело было матовым и влажная кожа слегка блестела. Она попятилась к нему и наклонившись к краю кровати прижалась к его паху. Его отвердевший ствол уже упирался во влажные створки. Эми заерзала бедрами.
- Хочешь по-собачьи, конечно? - рассмеялся он. - Ну вот тебе! Он вогнал член и обхватив ее груди стал накачивать страстью. Уткнувшись в подушку, она стонала и временами подавалась назад навстречу его движениям. Она была сильно возбуждена и скоро ее тело задрожало и стало дергаться в его руках. Он тоже быстро взобрался на подъем и начал выстреливать в нее свой любовный сок.
Услышав стоны хозяйки, Рокки поднялся со своего места, но не решился приблизиться к ней. Раньше она бывало отгоняла его в такие моменты. Но сейчас, когда все закончилось, Эми подозвала его и позволила лизнуть ее в лицо. Она тяжело дышала, грудь вздымалась и никак не могла успокоиться.
- Дорогой, это было незабываемо, - улыбнулась она. Потом продолжила все с той же ленивой улыбкой. - Разве тебя Лисси не вылизывает? Это должно быть очень пикантно. Почему ты ее не позовешь? - Сумасшедшинка в ее взгляде все не гасла. И, не дожидаясь ответа, сама подозвала виляющую хвостом собаку. - Мы сейчас посмотрим, как она себя поведет, - сказала Эми. - Не подсказывай! Она сама сообразит, если вы этим без меня занимались.
Влажный язык собаки приподнял его обвисшие яйца, протер размягший покрытый соками орган, прошелся аккуратно с обеих его сторон, оставляя влажную, но чистую кожу. Каждый раз она сглатывала слизь и язык возвращался из пасти чистым и готовым к новой уборке. Она вновь и вновь проходила по его паху, каждый раз преданно глядя в глаза хозяину.
- Это, наверное не хуже, чем мой минет, который я делала тебе когда-то.
Эми следила за этим действом и делала вид, что безразлична. Но он понимал прекрасно, что она увлечена процессом не меньше, чем он - по подрагивающим ресницам полуприкрытых глаз. Он тоже хорошо ее знал.
А Лисси, ведомая тропой запахов, вдруг сама сделала то, что он хотел предложить. Она потянулась к полураскрытым бедрам его жены и столь же тщательно стала вылизывать ее ворота, небольшой треугольник подстриженных волос и слегка припухшие губки. Эми чуть дернулась от необычного ощущения, глаза ее раскрылись шире. Но затем с первыми же движениями тело расслабилось, голова запрокинулась и она ушла в свои ощущения.
- О-ох! О-о, это хорошо!.. Лисси, какая ты славная девочка! - ее полушепот он едва угадывал.
Перевернувшись на спину, она согнула ноги в коленях и раскрыла бедра навстречу ее длинному гибкому языку, приглашая собаку изучить ее глубины. Но Лисси через какое-то время видимо сочла свою миссию законченной. Она отстранилась и вопросительно посмотрела на хозяина.
Эми лежала неподвижно, с закрытыми глазами. Он взял ее лицо в руки и впился в губы своей сумасшедшей жены. Они долго и жарко пили рты друг друга, сцепляясь языками. Наконец, она откинулась на спину и замерла, глядя на тени ночника на потолке. Было только их дыхание, да редкая возня собак на полу у кровати.
Она повернулась к нему.
- Ты великолепно выдрессировал Лисси, дорогой! Меня никто так не лизал. Даже моя подруга Сюзи, про которую я тебе рассказывала. Даже моя лучшая подруга Джоан, которая и тебе делала минет, ты еще меня очень благодарил за наши игры. Но собака в этом превосходит человека. Просто фантастическое ощущение! Ну, дорогой, скажи мне: она ведь не только это умеет делать? Ты ведь ее и другому научил, правда?
- Дорогая, ну как я могу учить? Это природа...
- Ну, не отнекивайся, не мямли! А ты мне покажешь, покажешь?
- Эми!
- Да! Я хочу это видеть! - она сжимала рукой его полувставший орган.
- Лисси, сюда - позвала она.- Иди, милая... Она погладила приблизившуюся собаку по голове и легонько наклонила ее к его к встающему члену.
- Лисси! Нет, пусть оближет опять хорошенько. - Собака послушно принялась лизать его пах, от чего легкая щекотка поднималась в нем вверх вместе с возбуждением. Пристальное внимание Эми, наклонившейся близко в своем прозрачном пеньюаре к его члену, встающему под языком облизывающей его собаки смущало его. И возбуждало одновременно. Шершавый язык щекотал его яйца, теплое влажное дыхание собаки ласкало окрепший ствол. Эми оттянула его вниз, чтобы собака лизнула головку. Длинный теплый язык скользнул по уздечке, вызвав в нем сладостную волну. В тонких пальцах Эми появился тюбик.
- Вот возьми крем, а то ей может быть больно, - она протянула ему тюбик. Он только помотал головой. Руки его уже поглаживали собаку по крупу, разворачивая ее задом. Лисси сразу же откликнулась на это движение и приняла позу, какую все суки принимают ожидая кобеля. На лице жены блуждала какая-то ухмылка, она оттянула его член вниз, так чтобы он точно смотрел на вход в собачье влагалище и чуть чуть потянула его за орган вперед, так чтобы головка коснулась входа. Собака сама подалась ему навстречу, почувствовав прикосновение его плоти. И вот уже ствол погрузился в ее дергающееся и дрожащее тело. Рокки давно уже стоял за его спиной, помахивая хвостом. Его ноздри раздувались, он с шумом втягивал в себя идущие от них запахи. Наконец, он просунул морду так близко, чтобы коснуться лиссиного зада, откуда для него так сладко пахло возбужденной случкой суки.
- Рокки, фу! - сказала Эми. Взяв его за шею, она поцеловала его в морду. - хорошой мальчик, хороший, успокойся, не дрожи так.
С каждым движением он все глубже входил в собаку и чувствовал волны, которые шли внутри нее. Постепенно он стал входить на всю длину, что вероятно было для Лисси болезненно, она слегка повизгивала в такт его движениям. Уже давно он почувствовал, как сжалось кольцом ее влагалище и теперь оргазм ее проходил, а он все продолжал накачивать собаку своим поршнем, крепко взяв ее за бока.
- Собака устала! Кончай наконец! - сказала Эми. - Тебе ее не жалко? Ее покрасневшее от волнения лицо было совсем близко от поблескивающего влагой поршня, погружающегося в собаку.
- Нет, нет, иди! Кончишь в меня! - она оторвала его от Лисси. Он не помнил ее настолько сильно возбужденной, знакомое лоно было очень тесным и горячим.
- Да! Да! Да! - Застонала она, когда он ворвался е ее отброшенное на подушки тело. Через минуту он выбросил в его глубины свой заряд. Она благодарно гладила его по спине, и он чувствовал, как сжимается и дышит ее естество.
Рокки был в страшном волнении. Он то бегал вокруг их извивающихся на ковре тел, то подбегал к Лисси, которая вылизывала себя в уголке, чем вызывал ее недовольное рычание. То он вновь возвращался к уже разделившимся их телам, обнюхивая влажную кожу и сок, стекающий из ее покрасневших лепестков.
- Иди сюда, Рокки,- подозвала его Эми,- ты нужен мне здесь. Она подтолкнула его нос к своим раскрытым ногам. Он погрузился носом в ее промежность и аккуратно провел языком по воспаленным губам.
-О-о-о,- она закрыла глаза от сладостного ощущения его прохладного длинного языка. Но собака лизнув два раза вновь отошла к Лисси.
- Ну только посмотри, дорогой. Я так хочу его, а он сбегает к твоей Лисси! А я хочу его, хочу прямо сейчас! Ты ведь мне позволишь это, правда? Ну что мне нужно сделать, чтобы он меня взял? Хочу быть его сучкой! Сейчас!
- Тогда тебе нужно пахнуть сучкой, дорогая, - заметил он.- Лисси! - подозвал он собаку, - иди сюда! Она подошла и послушно улеглась рядом. Приподнявшись на ковре, он осторожно запустил два пальца ей во влагалище, стараясь достать поглубже. Лисси покорно распласталась на ковре. Мокрыми пальцами он несколько раз провел по раскрытым губкам Эми, смазав вход в ее влагалище, не обойдя вниманием и клитор. Теперь Рокки вел себя совершенно по-другому. Он вертелся рядом и как только путь был свободен сунулся между ее раздвинутых ног. Вновь влажный и слегка прохладный язык вновь будто обжег ее своим прикосновением. Каждая клеточка воспаленного лона затрепетала от наслаждения длинным, мускулистым и необыкновенно гибким органом, который буквально ввинчивался во все уголки ее естества. Собака широкими движениями лизала ее вывернутые набрякшие желанием покрасневшие губы. Эми запрокинула сдавленную руками голову и почти выгнулась дугой на постели.

-О-о-о, Рокки! -простонала она.
Было заметно, что доберман очень возбужден, его красный член показался из складок паха и задорно торчал вперед. Он оторвался от ее промежности и, встав над ней, принялся лизать ее лицо. Эми засмеялась.
- Рокки, фу! Фу! Нет, так он меня оцарапает своими лапами. Дай варежки , -попросила она мужа,- лучше четыре!
Рокки вырывался и все бегал вокруг нее, но все-таки варежки удалось надеть. Эми приняла собачью позу и Рокки еще раз понюхав ее ждущие ворота, проворно вскочил на нее. Он делал быстрые движения, но его красный член тыкался в разные стороны и никак не попадал туда, где его ждали. Затем он внезапно слез, поняв что что-то не так и опять обежал вокруг стоящей на четвереньках женщины. Затем опять запрыгнул на нее, но опять безрезультатно.
- Ну не суетись так, Рокки, мой мальчик! - стонала Эми, - Не так, Рокки, не так!
Она уже и сама была не рада своей идее совокупиться с кобелем. Уж слишком они разные с собаками!
- У меня голова болит, дорогой от всей этой карусели, - призналась она мужу,- Ты можешь как-то помочь ему дорогой?
Он взял собаку за мокрый довольно тонкий пенис с свисающей капелькой жидкости и с очередным толчком ее бедер помог Рокки проскользнуть в долгожданную глубину.
- Вот он! Боже! Да! Да! - выкрикнула Эми. Рокки тоже почувствовал, что овладел самкой и быстро-быстро задвигался. Горячий челнок заходил внутри нее с лихорадочной скоростью. Лицо женщины исказила гримаса то ли боли, то ли наслаждения. Бедра пса чуть отходили от ягодиц и вновь ударялись в ее полушария глухим хлопком. Все его тело дрожало в лихорадке совокупления, ноги приплясывали, передние лапы крепко сжимали выгнувшуюся под ним обнаженную женщину. Но все закончилось очень быстро. Рокки выстреливал раз за разом в ее глубину все новые порции семени, пока оно не показалось из ее раскрытых губок.
- Он меня затопил, все льется! Какая горячая! - простонала Эми. Кобель слез с женщины и стал вылизывать место, где только что был.
- Милый мальчик, Рокки, вылижи каждую мою клеточку! - Эми перевернулась на спину и широко развела ноги. Все ее тело сотрясалось, красивая грудь ходила ходуном. Рокки неустанно вылизывал временами замирая и принюхиваясь. Его член вновь стал показываться красной палочкой под брюхом.
- Эми, - Он скоро будет готов опять, - сказал муж. -Ты хочешь этого?
-Да, да! Мне он нужен еще! - она вновь стала на колени. - Милый Рокки, ты теперь сообразишь быстрее, правда? Кобель быстро запрыгнул на нее и почти сразу его красная палка исчезла между ее створок.
- О-о-о! Рокки! Да! Да! - собака опять брала ее сзади штурмом, стремительно накачивала ее вагину белым семенем. Но потом Рокки внезапно замер, тесно прижавшись к ней сзади.
- Он разбухает во мне! И сейчас это - да! Боже! Это Оно! - выкрикивала Эми, по-прежнему стоя на коленях с опущенной головой и болтающейся грудью. Ее накрыл такой мощный оргазм, что руки ее согнулись и она уткнулась лицом в ковер. Затем подломились и ноги, и когда она рухнула набок, раздувшийся член Рокки выскользнул из нее с булькающим звуком. Собака стояла над хозяйкой недоуменно наблюдая, как она стонет, уткнув голову в ворс ковра. Семя с его быстро опадающего члена капало на ее сотрясающуюся матовую от влаги тугую грудь со вздернутыми от возбуждения темными сосками. Он попытался еще полизать ее, но положение было неудобным и кобель в конце концов отошел.
- Боже, дорогой, я не верю, что все это со мной происходит. - Эми встала и несколькими нетвердыми шагами добрела до кресла. Устало откинулась на спинку, закинув длинную обнаженную ногу на ногу, так что ее розово-красное створки скрылись из виду. Спутанные светлые локоны падали на опущенное лицо и на распавшуюся грудь, на щеках гулял лихорадочный румянец. Она еще глубоко дышала, не в силах справиться с только что перенесенной лавиной чувств. И падения. И унижения тоже. Все слилось в одно невозможное, небывалое и чудовищное действо. Никогда на свете она бы не поверила, что такое с ней может случиться. И осудила бы любую из подруг за одни только мысли об этом. Какое скотство, какой позор! Невообразимо! Все эти мысли во много раз усиливали ее возбуждение. Горячее внутри ее еще не остыло. Губы еще трепетали и сочились спермой. Это была собака! Она совокуплялась с кобелем! И наслаждалась!
- Сделай мне выпить, пожалуйста, - попросила она. - Я совершенно обессилена. Мне нужно охладиться. Быть сучкой это ужасно трудно. Настоящей собакой, самкой. Ужасно! И дай мне халат.
- Понимаю тебя, дорогая, - произнес муж, - протягивая ей большой стакан виски со льдом. Другой рукой он набросил халат на ее съежившееся в кресле тело. - Но, мне кажется, тебе это нравится. Во всяком случае, ты прямо визжала от удовольствия.
- Да, ты прав. - Она сделала длинный глоток и откинулась назад. Длинные волосы отпрянули, открыв ее серые с лихорадочным блеском глаза.
- Визжала как последняя сучка! Ревнуешь?
- К псу? Было бы глупо. - он сделал паузу. - Скорее завидую. У меня такого накала не получается. Даже с собакой.
- Прости, - возразила она, - я не дала тебе закончить с Лисси. Все забрала себе. А ты бы с ней мог слиться по-настоящему!
- Нет, это не важно. Лисси это горячая щелка, упругая. Туда хорошо засунуть. Ее приятно накачивать, когда она сжимает член мышцами, ерзает подо мной. Пытается вырваться иногда. А я не пускаю. Ну и все.
- И все? А разве ты не кончаешь в нее?
- Да, конечно это бывает. Но это совсем не то, что с женщиной.
- Так ты не получаешь удовольствия?
- Получаю, но... это все нет так интересно. Это же не женщина, а просто собака. Что-то механическое. Я же не могу ее в этот момент прижать в себе обнаженную, впиться губами и излить в нее самое себя. И остается просто щелка, куда ты промокнул свое желание. И все. - Он опустил голову и отхлебнул последние капли виски из своего стакана.
Эми протянула ему свой пустой.
- Тим, милый, сделай еще! - она поцеловала его нежно в губы, когда он нагнулся, протягивая виски. - Милый, милый Тим! Как мне хорошо с тобой. - Она прислонилась к мужу, присевшему к ней на кресло. - Мне хочется знать, - она еще отхлебнула из стакана, - ты мне расскажешь? Что ты чувствовал, когда я была под Рокки? Когда кобель в меня засовывал член? Ужасно стыдно это! Прости!
- Я слышал, как ты стонала. Видел, как выгибалась ему навстречу, когда он долбил тебя. Я все время был рядом, но ты ни разу не посмотрела на меня. Кажется, ты была на седьмом небе. Так ведь?
- Ты скажи, ты ревновал?
- Да что ты! Я же сам помог ему залезть на тебя! Какой он соперник, Рокки? Я, может, завидовал тебе, что ты так упиваешься этим стыдным делом с псом - откровенно, непристойно. Вот мне бы так.
- Хотел меня в этот момент?
- Да, очень. Вы были парой животных, и я был таким же. Хотелось отшвырнуть пса и самому засунуть в тебя. Я тогда сильно возбудился, но удалось сдержаться. Мне было жалко разрушить твою эйфорию, стащить тебя на землю.
- Правда? Тим, я люблю тебя еще больше! Ты как никто меня понимаешь, с тобой мне ничего не страшно и не стыдно.
Эми отставила свой опять опустевший стакан и повернувшись, обняла мужа. Халат ее распахнулся и голый сосок коснулся головки его окрепшего органа. Она подняла голову и улыбнулась.
Когда он вошел, ее вагина благодарно обхватила ствол. Внутри было еще много смазки и слизи от Рокки, и ей не было больно, а только приятно и сладко в его крепких руках. Он ритмично двигался в ней, сжимая ее груди а она прижималась к нему всем телом, крепко обняв за шею. Он шел к финалу медленно, со знанием дела. Виски немного кружил голову, но не настолько, чтобы он терял контроль. Эми часто дышала ему в ухо, и он чувствовал, что она сейчас свалится от усталости. Оргазм обрушился на нее как облегчение, как избавление от всего, что она пережила за последние часы. Когда все кончилось, прижавшись она прошептала:
- Ты меня не променяешь на нее? Я буду тебя ревновать. Будь побережней с Лисси! Твой член слишком велик для нее.
Она отстранилась и задумалась, - Я скоро вновь покину тебя на несколько недель, а она будет меня иногда заменять, правда, Лисси? Если ты будешь с ней хорошо обращаться, она будет тебя хотеть и без течки.
- Эми, поверь, я могу прожить и без этого. Можешь быть уверена, привычкой это не станет.
Она лениво отвалилась и опять разлеглась в кресле, вытянув длинные безупречной формы молочно-белые ноги.
- Да, да, верю. Хотя кто знает? А хочешь условимся трахаться с ними только вместе? Ну если появится настроение. Хочешь? Рокки я смогу объяснить, что мы так уговорились.

Из неосвещенной части спальни послышалась какая-то глухая возня.

- Посмотри-ка, он неутомим. - сказала Эми. - Теперь ему нужна не я, а Лисси! А она, кажется, сейчас не против. Ты ревнив, дорогой? Можем ли мы позволить этот собачий инцест?
- Нисколько не ревнив, Эми. Но нужны ли нам щенки?
- Да, пожалуй ты прав. Рокки, ко мне! Рокки!
Кобель, уже было вскочивший на сестру, все-таки подошел к хозяйке. Ткнулся мордой в ее промежность и вопросительно поднял голову. Его маленький красный пенис с мутной капелькой на конце вздрагивал. Эми наклонилась и погладила его, отчего бедра собаки начали двигаться навстречу рукам.
- Ну нет, Рокки. Это было очень остро, - сказала она, поворачиваясь к мужу, - но я больше не могу. Пойдем в душ, дорогой, смывать безумие. И знаешь, надо бы нам сделать анализы, на всякий случай. Хотя они должны быть чисты. А собаки сами себя вылижут. Вот только возьмем у Лисси немного смазки из влагалища - для меня и для Рокки. Я вновь буду его мечтой!

С.Хатт