Раннее утро. Сегодня не воскресенье: Лидочка помнит, что оно было вчера. Но няня Дуня не пришла, а мама и папа дома. Сначала Лидочка обрадовалась: значит, вместе пойдём гулять. Но нет, никто гулять не собирается, а родители почему-то поспешно увязывают узлы, укладывают чемоданы. Брат Вадик бегает от папы к маме, держа в каждой руке по одному игрушечному Деду Морозу. Он чуть не плачет и повторяет без конца: «Давайте возьмём с собой хотя бы одного!» Но мама и папа, смеясь, отмахиваются и долго размышляют, держа в руках очередную миску или ложку: «Взять или не взять? И куда положить?» А на полу валяется столько красивых игрушек! Но на них папа и мама даже не смотрят: «Нет места для самого необходимого.» (Так они говорят.) И все почему-то со страхом повторяют слово «война». Лидочка этого слова не знает, но понимает, что эта страшная война гонит их из родного дома, отнимает любимые игрушки – и вообще любит приносить зло и взрослым, и детям. Какая она, война? Это, наверное, злая ведьма, как в сказках, которые читали ей мама и папа. Но ничего, придёт кто-то добрый и сильный и прогонит злую ведьму. Так всегда бывает, иначе и быть не может. А пока... пока можно и потерпеть. Ведь это недолго. Все говорят: «Война скоро кончится, и мы вернёмся». «Поскорей бы, − думает Лидочка. – Наши игрушки нас дождутся, снова придёт няня Дуня, а про злую ведьму, которую зовут Война, скоро забудут».
Вокзал, торопливая погрузка в битком набитый вагон, гудок – и поезд тронулся. А навстречу, по рельсам, что бегут рядом с их поездом, мчится другой поезд. Там есть и закрытые вагоны, и открытые, без крыши, и на них стоят большие железные машины на гусеницах («Танки!» − говорит братик) и ещё другие, с длинными железными трубами, направленными вверх и наискосок («Пушки,» − называет их Вадик). А рядом сидят дяди, помоложе лидиного папы, одетые в зелёное («Солдаты», − говорит Вадик и машет им из вагона рукой). Лида догадывается: встречный поезд идёт, чтобы прогнать эту страшную ведьму – Войну, и чтобы все они снова вернулись домой. Поскорей бы!