Вот и закончилось лето, и опять наступила осень. Почему-то смена времён года так явно ощущается только в эту пору, и почему-то эта перемена приходит как-то всегда неожиданно, как будто она играет с тобой в прятки и, выйдя однажды поутру из дома, ты начинаешь осознавать, что что-то произошло, но пока ещё не понимаешь что, а потом вдруг: «Эх, ты смотри, листочки пожелтели», и пока ещё изредка и неторопливо кружась, они затевают свой волшебный, завораживающий танец – листопад.
Это хрупкое состояние природы не перепутаешь ни с чем, оно напоминает о себе лёгким шуршанием опавших листьев и чуть заметным маревом тумана, а воздух наполняется хмельной, пряной прохладой, и ты пьянеешь от него, как от глотка лёгкого вина.
Но затем хмель постепенно проходит, и это неожиданное удивление перерастает в уверенность, и ты уже реально осознаёшь и с некой грустью констатируешь: «Да, опять наступила осень». И от этого становится немного грустно и печально, и вспоминается лето. И тогда, летом, изнывая от жары, как-то не думалось, что оно так скоро закончится, но оно всё же закончилась, а эта неожиданно накатившая печаль перерастает в нечто большее и накладывается на прожитую жизнь, и приходит понимание того, что эта череда повторяющихся события происходит всё быстрее и быстрее. А эти уже ушедшие годы, как братья близнецы, становятся всё больше, похожи друг на друга. И всё как-то обыденно, и как будто ничего и не происходило, а всё, что произошло, почему-то случилось где-то там, раньше, совсем в другие времена: в детстве, отрочестве, юности, а все дальнейшее отчего-то одинаково, и постепенно стирается из памяти, и нужно очень сильно напрячься, чтобы всё это вспомнить и как-то разделить.
И ты с досадой тряхнёшь головой, чтобы сбросить это напряжение, и отогнать эти привязчивые, невесёлые мысли. И успокаиваешь себя тем, что это всего-навсего осень, и пока ещё ранняя, и пока ещё не зарядили дожди и не принесли с собой слякоть, и это ещё не зима, и год-то ещё не закончился. И заставляешь себя думать о чём-то другом, о каких-то бытовых делах и заботах, и гонишь, гонишь эти грусти прочь.
А может быть и не стоит грустить, а нужно радоваться наступившей поре и ощущать её сладость?
Осень, осень, открой мне свои секреты, но только ветер ворчит в ответ, вороша облетевшие листья …